Back

Две страны в одном неправовом пространстве

[Апрель 30, 2007]

Продолжается проект “Разрушение стереотипов и формирование общего информационного пространства”. Читатели газет “Новое время” в Азербайджане и "Азг" в Армении, также и пользователи сайта "Сеть журналистов Кавказа" (www.caucasusjournalists.net) знакомы с предыдущим блоком взглядов азербайджанских и армянских аналитиков, которые делились с нами мнениями и прогнозами о конфликтах в обществе, о перспективах и факторах, способствующих их тлению, о вопросах безопасности в регионе и о проблемах демократизации в двух странах. Естественно, все темы первого блока были привязаны к Карабахскому конфликту, как составной части буксования по пути в общеевропейский дом. Встречи с читателями обычно удостаиваются эксперты, чье мнение отражает как можно больше устоявшихся в общественном сознании стереотипов. Естественно, в описании территориальных споров и проблем, исходящих из них, представители Азербайджана и Армении, как и сами общества, стоят по разные стороны "баррикад", поэтому даже объективные оценки, даваемые ими тем или иным явлениям, действиям и обстоятельствам, не лишены погрешностей, а порой являются даже диаметрально противоположными. В создавшейся ситуации "ни мира, ни войны" иначе и быть не может. При этом в первом цикле выступлений, касающихся карабахского конфликта (к сожалению, уже ставшего для многих политиков и политологов общим местом), эксперты были более откровенны и выступали, чуть ли не с эпикризом и диагнозом описываемых болезненных явлений.

Во втором цикле интервью (также по 4 интервью у экспертов обеих стран) освещены внутренние проблемы Азербайджана и Армении. Первые два интервью - о взаимосвязях СМИ и общества, вторые два - о судебной системе, третья пара - о полиции, а также ее роли в наших странах, четвертая - о политических партиях и системе выборов. В отличие от первого, по прочтении второго цикла создается впечатление, что экспертов по этим проблемам не только не разделяет вакуум отсутствия информации друг о друге, но напротив, - они живут в едином больном обществе, просто слова иногда попадаются другие. Даже степень недовольства и выражения чувств на этой почве, не говоря о его объектах, у них одинакова.

"СМИ формируют общественное мнение"

Единственный смущающий, но с другой стороны, как видно из текстов, также взаимодополняющий фактор - разные "весовые категории" в первой паре интервью.
Армянский эксперт Грач Баядян является в большей степени теоретиком и культурологом, поэтому отстраненно и академически рассуждает на тему отсутствия реальных условий для развития свободы слова. Эта же проблема в Азербайджане больно бьет также конкретно по информационному агентству "Туран", генеральным директором коего и является азербайджанский эксперт Мехман Алиев, лично зажатый в тиски предвзятым и показушным, имитационным отношением политической власти к СМИ. В принципе, руководитель редакции априори знает больше о назревших журналистских болячках и о приемлемых методах их излечения. Поэтому неплохо было бы пригласить в будущем к заочной ставке редакторов, лично и вплотную занятых решением творческих, организационных и даже социальных проблем журналистского коллектива. Эксперт из Азербайджана не стал опускаться до частностей, однако было бы неправильным с моей стороны замолчать такой нюанс, как недавнее выселение информационного агентства "Туран" из "насиженного" офиса, в
  результате чего гендиректор вынужден теперь ежемесячно платить за аренду помещения две с половиной тысячи долларов США. Если принять во внимание, что в результате целенаправленной атаки политической власти на это агентство количество подписчиков, большую часть которых составляют иностранные компании, уменьшилось наполовину (под угрозой срыва контрактов многие перекочевали к другим, полностью зависимым от власти агентствам), нетрудно понять сегодняшнее общее положение независимых СМИ.

Эта пара интервью может расцениваться как "одно интервью в двух". То есть эксперты, насчитывая идентичные для обеих стран специфические особенности печатных и электронных СМИ, вследствие специфики занятости как бы дают друг другу возможность договорить то, что не упомянул его визави.

Азербайджанский эксперт, например, отметился правильным замечанием о манипуляции законодательством и об имитационной политике государственного аппарата в отношении развития свободы слова и СМИ. Он упомянул, весьма кстати, факт прекращения, а затем не совсем благополучного (несколько деформированного) восстановления вещания телевизионного канала ANS. Если раньше канал позиционировался как разрешенный независимый, которому было позволено не только показывать, но даже решать (способствовать) определенные бытовые неурядицы, то сейчас он просто показывает их, да и то выборочно. Причем затрагивает только тех "нерадивых чиновников", которые не устраивают "вышестоящих товарищей", которых тоже потом, но "товарищи" рангом повыше могут причислить к нерадивым и негодным. Что касается блока телевизионной информации на этом канале, то сейчас этот блок вообще зависим. В этом плане президентскому аппарату Армении есть чему поучиться у нашего политического руководства. В Ереване, например, за  крыли телеканал "А1+" и забыли о нем, а зря. В Баку, видимо, более внимательно смотрели фильм "Кавказская пленница", где Фрунзик Мкртчян говорит моргуновской троице: "кто нам мешает, тот нам поможет".

Армянский эксперт очень правильно подметил три тенденции, свойственные обоим нашим обществам, но упущенные из виду азербайджанским экспертом (г-ну Алиеву, поглощенному проблемами выживаемости родного агентства, не до этого). К положительному следствию стараний властей, направленных на тотальный контроль электронных СМИ, г-н Баядян отнес то, что во имя возможности свободно выражаться, в Интернете были созданы многочисленные электронные средства массовой информации. И еще, по мнению армянского эксперта, обстоятельством, ограничивающим свободу выражения и доступа потребителей к информации, может быть сплошь и рядом недостаточная грамотность и информированность журналиста. Будучи культурологом, армянский специалист верно подметил, что мировые тенденции (очень хорошо осваиваемые, но ненавидимые властями наших стран) в медиа-теориях и медиа-исследованиях таковы, что большое место уделяется фактору восприятия, способам реализации информационных, культурных продуктов. Согласно теории, при "нечетком" подходе к способам добычи и подачи информации, равно как и к ее восприятию аудиторией, обусловленным ее образованием, социальной принадлежностью и другими обстоятельствами, может появиться как минимум множество предусмотренных двусмысленностей. С этой точки зрения возможности СМИ для формирования мышления или взглядов людей весьма велики. Кстати, потому и пытаются местные чиновники контролировать так называемые "независимые" газеты и сопротивляются созданию сети независимых медиасредств. Подмечено так, словно Грач работает в Баку и лично знает корреспондентов, из-за некомпетентности которых страдает не столько их издание, сколько уровень авторитета журналистики в целом. Создается впечатление, что и президентский аппарат у нас один, и целевые заказы на растущую армию недобросовестных корреспондентов, дискредитирующих профессию, поступают из одного источника. Вспоминается эпизод, как покойный Эльмар Гусейнов пытался создать медиахолдинг. Когда я при встрече с близкими по университету должностными лицами озвучил пожелание журналиста, у одного из них случился приступ. В итоге чиновник выдохнул, - "Вы со своим журналом подо мной кресло расшатываете, а тут еще и холдинг, да еще, чтобы Гейдар Алиевич вам деньги для этого выделил. Совсем больные".

Наконец, третья особенность, подмеченная экспертом из Армении. Действительно, власть умеет инфицировать СМИ. Газеты (естественно, оппозиционные) смеются над неуклюжими, безграмотными депутатами. В случае с Азербайджаном, оппозиционеры долгое время измывались не только над парламентариями (сам Бог велел), но и над президентом Ильхамом Алиевым, мол, он и узурпатор, и обманщик (показушник), и вообще нет в нем ничего президентского. Зато потом эти же газеты начали давать обширные интервью с объектами критики и перенимать некоторые словечки из их лексикона, а некоторые журналисты (45 человек на выборах 2005 года) вообще решили баллотироваться в никудышный, по их же мнению, парламент. Эти же газетчики сегодня пишут о верной внешней политике президента, о непотопляемости его команды и вообще, легитимный он у них до потери пульса. У меня лишь одно замечание по данному поводу. С голодухи редакции и не на такое пойдут. Так что выход один, и его точно подметил уже азербайджанский эксперт Мехман Алиев - чтобы газетчики окончательно не выродились и не превратились в "попрошаек в законе" (симптом одинаков для обеих стран), нужно создавать независимый рекламный рынок без вмешательства в его дела представителей исполнительной власти.

Право на справедливое судебное разбирательство

Невозможно даже приблизительно представить, что председатель коллегии адвокатов Азербайджана может выступить в роли эксперта и дает интервью, полное самобичевания. Как метко выразился Интигам Алиев, представитель азербайджанской стороны, на этом базаре нет заведующего магазином, могущего выступить против навязанных ему правил торговли законом. Если исходить из общности общественных реалий в обеих наших странах, то тенденциозно само преподнесение факта, что армянский эксперт, отнюдь не чурающийся сотрудничества с коррумпированной властью, нашел в себе силы употребить крепкие выражения против тех, кто неправильно имплементирует закон и вообще импровизирует на правовом поле. Так что имейте в виду, если Евросоюз и Совет Европы вкупе с ОБСЕ и впредь будут относиться к странам Южного Кавказа так, как сейчас, вскоре не только председатель столь невостребованной в наших условиях коллегии адвокатов, но даже генеральный прокурор и председатель Верховного Суда привыкнут к необходимости самокритики. А потом, глядишь, они вместе с коррумпированными азербайджанскими коллегами и братьями по духу хором и совместно приступят на страницах западных продвинутых журналов к проповеди праведности и недопустимости преступления против Духа и Буквы Закона.

В обеих странах институт адвокатуры слаб настолько, что адвокат, как бы он ни желал добра своему любому клиенту, не в силах справиться с тандемом корпоративно увязанных судьи и прокурора, назначаемых на должности представителями исполнительной власти и зависимых от них. Эксперт из Армении, утверждая, что "адвокат готов помочь своему подзащитному в вопросе дачи ложных показаний, которые должны помочь ему", выдает желаемое за действительное. Если судья и прокурор не захотят вместе помочь адвокату заработать на клиенте, значит, сторона защиты неминуемо проиграет. И никакое желание адвоката, никакая правильная трактовка законов, никакая гражданская позиция не справятся с этой заразой до тех пор, пока не будет изменено отношение к философии права. Видите ли, в наших обществах нет пока выверенной, устоявшейся, традиционно европейской интерпретации понятий "Президент", "Парламент", "Кабинет министров", "Независимый Суд", "Право" и так далее. Мы фактически живем в период естественного права, где глава государства (то есть самый сильный, умный и красивый) имеет и должен иметь по праву силы больше полномочий, чем все прочие так называемые ветви власти. Президент может делегировать этим ветвям, веткам, веточкам и листикам ровно столько полномочий, сколько надо для баланса сил между его приближенными. Если в Европе проблемы реальной независимости избранных народом представителей власти, прежде всего местной, массированно обсуждаются обществом со времен Солона (мудреца и правителя Афин, жившего более 2500 лет назад), то мы курс философии права проходим с начала 20-го века. Причем проходим его почти в качестве факультативного и на зарубежных примерах, потому что почти все наши студенты и корифеи юриспруденции при поступлении на юридический факультет заранее претендуют на роль прокуроров и судей (вершителей судеб), но никак не на роль жрецов Права.

Азербайджанский эксперт хорошо и доступно раскрыл механизм имитации демократических подвижек. Президент Азербайджана, действительно, подписал какие-то там Распоряжения и Указы, соответствующие духу обязательств перед Советом Европы. Есть ли толк в них? Хотелось бы процитировать отрывок из интервью Интигама Алиева. "В своих указах глава государства рекомендует судам и судьям всех уровней страны "учитывать в судебной практике" прецеденты Европейского суда по правам человека. Как и многие, я задаюсь вопросом, действительно ли руководство страны хочет, чтобы суды справедливо рассматривали дела, связанные с жалобами на фальсификации во время выборов, на зверские избиения женщин, детей на митингах, на пытки, которым подвергаются инакомыслящие в подвалах "бандотдела", на беззакония, которые творятся Министерством Юстиции, Тарифным Cоветом, Центральной Избирательной Комиссией, Бакинской исполнительной властью, Министерством Образования и т.д. Решения, которые сегодня выносят наши суды, свидетельствуют об обратном. Очевидно отсутствие политической воли в создании независимой судебной системы".

Судя по обоим интервью, заказные суды по политическим делам имеются в обеих странах. И в Азербайджане, и в Армении очевидна из рук вон плохая организация прививания населению правовых знаний, оказания юридической помощи. И там, и здесь налицо волюнтаристский подход к осознанию всеми членами общества основных прав и свобод граждан. Нет, и в перспективе не предвидится широкое распространение движения за создание поистине гражданского общества. Тем не менее, симптоматичен подход армянского юриста к сути исследуемого предмета. Давайте лучше процитируем: "По словам одного из политологов, действительная демократия возникает посредством авторитарного управления. Я полностью согласен с этой мыслью и хотел бы, чтобы в Армении была такая власть. И во главе ее стоял бы человек, который был бы в состоянии забыть обо всех - о семье, близких, знакомых, у которого был бы один друг в лице государства Армения и его народа, работал бы на благо этого государства и этого народа". Тут абсолютно нечего добавить, кроме того, что я бы лично не хотел быть коллегой специалиста с подобным мировоззрением.

Полиция и общество

Вообще-то, судя по интервью экспертов, и армянские, и азербайджанские полицейские имеют больше сходств, чем представители прочих братских профессий. Это близнецы-братья, потому что в сфере внутренних дел наши страны полностью сохранили преемственность советских традиций. Оба МВД можно смело называть советской милицией и мускулами власти. Армянский эксперт Аветик Ишханян "копнул" глубже азербайджанского и вообще отказал политическим партиям во власти. Это также сопряжено с разными "весовыми категориями" специалистов. Азербайджанский представитель долгие годы служил в милиции, был начальником районного отдела, дослужился до звания полковника, поэтому для него органически неприемлема изнанка методов современной полиции. Армянский же специалист - председатель местного Хельсинкского комитета, то есть изначально правозащитник. Действительно, кто идет в авангарде выборов и на кого делает ставку полиция? Если в той же Франции один кандидат в президенты представляет партию власти, другой социалистов, третий - промышленников, а избиратель знает, что голосовать надо за, допустим, социалистические идеи, то у нас все наоборот. Мы знаем, что голосовать надо (или не надо) за Алиева либо за Кочаряна (Саркисяна), а уже потом вокруг них обязательно соберется так называемая партия власти (прихлебатели, приспешники, но очень редко соратники). Чувствуете разницу? А полиция, - ей-то какое дело до того, кто будет рулить ситуацией, - лишь бы сила реальная была, а не марионеточная. Оба эксперта правильно подметили, что в целом в полиции собрались не глупые специалисты, которым сверху "спустили" нереальные планы по обнаружению и раскрытию преступлений. И именно ввиду засилья старой системы управления МВД налицо повальные нарушения Закона. Как отметил армянский специалист, среди кадров немало молодых людей без опыта, без навыков оперативно-следственных действий и мероприятий. Но и опытные кадры тоже действуют не в рамках закона, а по наитию, узнавая преступников по старым проделкам и по физиономии. Из интервью опытных специалистов видно, что почти не проводится профилактика правонарушений, что сотрудники МВД руководствуются не Законом о полиции, а приказом непосредственного начальника. Короче, упал, отжался, встал, принял боевую стойку и - вперед, на защиту интересов хозяина ситуации. А по хозяину вопросов в наших странах нет и, если так пойдет, не предвидится.

Кстати, о заработной плате полицейских. Правильно подмечено, что она в сравнении с прочими ответвлениями правоохранительных органов ничтожно мала. Но почему она мала и почему она мала именно в тех министерствах, где наибольшее число сотрудников? Кроме полиции к этой когорте можно отнести врачей и учителей. Это делается умышленно. Учителя должны смотреть в карманы родителей учеников, заниматься в ущерб общеобразовательному процессу репетиторством и мздоимством, делить учащихся на любимчиков (в зависимости от степени "внимательности") и изгоев. Врачи должны кормиться не из бюджета, а также посредством выманивания денег у пациентов. Они должны быть предприимчивыми, в основной массе своей некомпетентными и заставлять людей работать на лекарства. Ну, и полицейским тоже не остается выбора. Все граждане для них - потенциальные преступники. Остается лишь выбрать для каждого обывателя вид преступной деятельности и записать их к той или иной категории преступников. Если учесть тотальную безработицу и наличие многих сограждан за границей, можно представить, насколько с лихвой государство "предоставило им право компенсации" недостающей части зарплаты.

Общество, выборы, и многопартийность

И здесь мы, судя по оценкам экспертов, похожи. Разница лишь в одном, - в Армении регистрируют партии, а у нас - нет. У нас партий всего 69, у армян - 74. У них все партии зарегистрированы, но о большинстве из них догадываются члены разве что их собственных семей, а у нас все зарегистрированные партии (16) - на слуху, но о незарегистрированных знают тоже жена да теща. И все-таки есть разница в общественной (скорее, политической) жизни Азербайджана и Армении. Как отметил азербайджанский эксперт, при сравнительном анализе программ оппозиционных партий с программами правящей и близких правительству партий будет видно, что разница между ними будет очень невелика. Все это говорит о том, что почти все отечественные партии не имеют серьезного идеологического фундамента. По крайней мере, он, историк со стажем, не может классифицировать существующие в Азербайджане партии на "левых", "правых", "центристов". В этих условиях, даже вроде бы сошедшая на нет Коммунистическая партия, декларируя заимствованные из арсенала прошлого принципы, вполне может выглядеть более выигрышно, чем ничем друг от друга не отличающиеся партии, идеологическая основа коих остается весьма туманной. Более того, при анализе азербайджанской идеологической палитры выясняется, что даже партии, представленные в парламенте (это вместе с президентским постом основной показатель политических пристрастий избирателей), не отражают симпатий народа. После того, как Гейдар Алиев волюнтаристски "выключил из игры" в парламентские выборы пропорциональную систему, представительство партий в Милли Меджлисе стало носить символический характер.

Что же в Армении? Там есть явно националистическая, коммунистическая, демократическая, праволиберальная партии, представленные в парламенте и вокруг идей идет упорная борьба. Эксперт из Армении не отметил, но я напомню, что иной раз борьба там становится настолько невыносимой, что радикальные силы применяют запрещенные методы воздействия друг на друга. На нашей памяти произошел неоправданный расстрел парламента, и очевидно, что террористы проливали кровь не из-за куска хлеба, а за какие-то им одним известные национальные идеи. Но, естественно, ввиду переходного периода и перепутья в Армении тоже люди скапливаются в партиях не вокруг идей, а вокруг харизматических личностей. И еще одна особенность. Если в Азербайджане вообще вся общественно-политическая жизнь вращается вокруг семьи Алиевых, а также капризов руководителей президентского аппарата, то в Армении даже ранее неизвестный либо беспартийный публичный политик может удачно создать под себя партию. В этом случае на первых же парламентских выборах новая партия может преодолеть 5-ти процентный барьер и пройти в парламент. По свидетельству армянского эксперта, в 1995 году такой партией была "Шамирам", в 1999 году - партия "Оринац Еркир", в 2003г. - "Объединенная трудовая партия", теперь - партия "Баргавач Айастан". Естественно, это показатель нестабильности политической системы, но это куда лучше, чем короткий поводок исполнительного аппарата президента. Значит, есть свет в конце тоннеля. От себя добавлю еще одну особенность. Во время президентских выборов политическая элита Армении смогла во имя национальных интересов преодолеть барьер идеологического отчуждения и организовать второй тур. Это очень важный момент. Это фактически показатель определенного развития школы политического компромисса, показатель зрелости "хозяина положения". Ведь не секрет, что Кочарян мог бы без натяжки приписать себе 50, 1 процента голосов, оставив всем конкурентам и "злопыхателям" вместе взятым остальные 49 процентов. Не секрет, что так называемые политические технологи азербайджанского президента "рисуют" на выборах тотальную цифру 75 и выше только для того, чтобы показать местному обществу бесперспективность борьбы за власть в любых ее проявлениях. То есть, представители исполнительной власти как дети в песочнице делают все назло соперникам и врагам, в число которых автоматически подпадает и электорат.

Общие выводы

Проанализировав ситуацию, мы пришли к выводу о том, что почти по всем позициям внутриполитической жизни Армения и Азербайджан идут в ногу. Им явно предстоит совместный тернистый путь дальнейшего вступления в те организации, где им, по мнению европейских и американских политиков, самое место. Пока руководство Армении опережает коллег из Азербайджана по уровню проведения выборов и по уровню оценки роли политических партий и идеологий в жизни страны. Согласно экспертным оценкам, и по уровню коррупции, и по степени наплевательского отношения на Закон и интересы граждан чиновники обеих стран стоят на позициях взаимопонимания. Единственное, что их несколько отличает - степень покладистости. В Азербайджане все чиновники без исключения благоговеют перед "заветами Алиевича" и уважают права его сына, "законного", так сказать престолонаследника. В Армении все уважают силу клана и, похоже, им предстоит воспринять с должным пониманием кандидатуру преемника (но не наследника, и в этом существенное различие) Роберта Кочаряна.

Ой, как не хочется в сотый раз писать о том, что такое положение дел является следствием имитационной демократии, закрывания "западных" глаз на коррупцию и беззаконие, двойных стандартов в отношении развития местных демократий и так далее. Смешно как-то получается, - США активно участвуют в "демократизации" Афганистана и Ирака, сковывая плотным кольцом Иран, который в 1979 году вышел из-под американской опеки, но ни в какие другие "надежные" европейские руки так толком и не попал. А довольно-таки продвинутые страны постсоветского пространства, имеющие столетний опыт строительства демократии, остаются вне зоны приоритетных интересов матери, колыбели и оплота демократических принципов в едином лице. Что ж, придется дожидаться, пока Армения созреет до отрыва от сферы российских национальных интересов, а Азербайджан научится проводить второй тур президентских выборов, не говоря уже о цивильных методах смены власти. И вот тогда, наверное, обе страны вместе возьмутся за руки (даже при наличии тлеющего Карабахского конфликта) и попадут в предбанник Нирваны европейской цивилизации.

Остается поблагодарить экспертов за честную оценку (как умеют, так и оценивают) ситуации. Быть в наших условиях представителем неправительственной (во многом антиправительственной, но, упаси Бог, не антигосударственной) организации и иметь возможность объективной оценки вопреки желанию властей - важная составляющая характера. Мы знаем, насколько трудно собирать и обобщать факты по партиям и по правоохранительным органам. Это труднее, чем добыть страшную государственную или даже семейную тайну. Учитывая идентичные трудности в обеих странах, мы в равной степени благодарим экспертов из Армении и Азербайджана.

Хюгуг Салманов
Эксперт по защите прав журналистов